осенняя рыбалка


Был у меня замечательный приятель- Борис Архипов. Давно уже, на отдыхе по турпутёвке, он повстречал девушку из одной деревеньки в Иркут. обл., женился и уехал туда, сейчас директор школы, а жена преподаватель там же. В Братске он работал в лаборатории рыбного хозяйства. Однажды осенью он пригласил меня отметить закрытие «полевого» сезона грандиозным плаванием по Братскому морю. (Речь идёт о водохранилище Братской ГЭС на реке Ангаре, которое протянулось на 550км. Ширина достигает 20км, максимальная глубина 130м)

 Дело было  29 октября. Стояла удивительно тёплая для этого времени и нашей местности погода +14.

Заплыли мы довольно далеко от Братска - если считать по трассе 150км. Место называется  Калтукское расширение. Море в этом районе расположено строго  с северо-запада на юго-восток - такой коридор протяжённостью в 80км без изгибов.

Ширину не знаю, врать не буду. Но  часто берегов не видать.

Катер большой, почти корабль - 3 каюты , 12 спальных мест, машинное отделение, гальюн, кухня, ну всё как полагается.

  На берегу нас встречал один тип, который там постоянно рыбачил в одиночестве. К нашему приезду он выловил огромного окуня, которого позже пришлось чистить как картошку - срезая чешую вместе со шкурой, иначе не получалось, и благородную пелядь, кг на 3.Попался ему также налим, у которого печень была с мою ладонь. Налим, кстати, это тресковая рыба, только речная и его печёнка-«макса», как у нас называют, пришлась весьма кстати.

 В ведёрной кастрюле мы заварили такую обалденную уху и под обильное питьё уминали её почти  до часу ночи, потом разошлись спать по каютам.

 В 1-30 ночи начался сильный ветер, и наш катер начало боком выталкивать на берег. Капитан решил поменять место стоянки и уйти в залив. Мы с Борей спали уже крепким сном. Так как место нашей стоянки было довольно мелководное, для  маневра он отплыл от берега метров на 500. И в это время ветер усилился до штормового, пошёл снег.

Короче говоря, эта пьяная сволочь потеряла из виду берег и поплыла, куда глаза глядят, вернее носом к волне. Я проснулся оттого, что при очередном крене просто свалился с кровати на пол. Понял, что мы плывём и нас сильно качает. Оделся и поднялся на палубу. От увиденного сразу протрезвел. Фонарь на мачте освещал бушующее море в радиусе 30 метров. В этом пространстве на нас катились огромные горы воды, снег летел параллельно морю, свистел ветер, берега не было видно и в помине. Я бы сам никогда не поверил, что у нас на море могут быть такие волны, если бы не видел это своими глазами. Когда мы врезались носом в очередную волну, она захлёстывала даже рубку, катер приседал, затем со скрипом и свистом выскакивал на поверхность. Волны были не такие как на Чёрном море - длинными валами, это были какие-то отдельные бугры двигавшиеся как-то хаотично. И когда катер не попадал носом в волну, и она его ударяла в бок, он начинал крениться с боку на бок, грозя просто перевернуться кверху дном. Стремительно холодало, палуба и поручни начали покрываться коркой льда.

Очередным порывом ветра с рубки сорвало лодку. Она зацепилась за поручни на корме, и мы с Борькой, обвязавшись верёвками, пошли её спасать. Но как мы ни старались, ветер не давал нам возможности вернуть её на место и в итоге, очередной волной её смыло за борт. Помню как мы, добравшись до рубки, мокрые и замёршие мы стояли втроём у штурвала и молились всем богам, всматриваясь в бушующий перед нами ужас. Этот кошмар  продолжался всю ночь до рассвета, только тогда мы увидели впереди гору, спрятались за ней в заливе.

Это был настоящий ураган, температура за ночь упала на 20градусов. По  морю

везде плавали ветки, сучья и целые деревья, выдернутые с корнем.

А мы были счастливы, что удалось выйти из такой передряги. Капитан Кока всё показывал кровавые мозоли от штурвала и говорил, что, сколько плавает, такого шторма не видел.

 С тех пор опасаюсь плавать даже на больших катерах в период осенних штормов.

 Вечером к нам пристал ещё один катер. И так как на нашем было огромными буквами написано: «Рыбнадзор» - они испросили разрешения поставить пару сетёнок и пригласили нас на ужин. Часов в 9 вечера мы поплыли к ним на маленькой  сборной дюралевой лодочке. Подплыли к корме и по очереди стали забираться на катер. Последним залезал Борька. Мы в это время прошли уже в каюту, нам уже наливают, музыка орёт. Выпили, закусываем, смотрим -  Борьки нет! Выходим на палубу, а он, оказалось, когда стал залезать на катер, наступил на борт лодки, она черпнула воды и пошла на дно. Он не успел заскочить и ухнул в воду по грудь, правда, руками держался за поручни. На нём был пуховик и куча другой одежды, которая сразу намокла, отяжелела, и у него не хватало сил подтянуться. Он орал, конечно, но из-за музыки мы его не слышали. Хорошо, что во время спохватились. А то он уже и кричать не мог - вода-то градуса 4 всего была.

Вот так и порыбачили. Рыбы не поймали, зато воспоминаний на всю жизнь.